31

октября

Хата с краю 2

И снова начались поиски дома. Кто ищет, тот всегда найдет. Даже, если этот дом из твоего сна, главное — искать!

Недавно гостила в доме у американцев, и мне стало интересно, по каким критериям ищут они. Глава семьи рассказал:

— Понимаешь, я очень много работаю и поручил это своей жене. Критерия было всего два: чтобы в доме был камин, и чтобы я мог выходить в трусах во двор и стрелять из ружья.

И среди американцев встречаются родственные души.

Помимо отсутствия соседей, мне нужен был живописный вид, и поиски затянулись. Постоянно что-то не складывалось: то нет документов, то невозможно найти хозяина, то люди, увидев наши восторги, передумывали продавать, «такая корова нужна самому».

И вот продается очередной дом, точнее хата, древняя мазанка на краю села, с колодцем. Меня и мужа уже не пугает её ветхость, что она крайняя и заканчивается скалой и дорогой. На скале возвышается вышка пограничника, напротив река и красивейший остров.

Хозяин живет в соседнем селе, мы спешим на переговоры. Автобус ходит пару раз в неделю в 7 утра. Мы опаздываем. Видя уходящий автобус, я совершенно расклеиваюсь и теряю терпение.

— Все! Я устала. Значит, это не наша хата. Я уже вообще не уверена, есть ли тут наша хата.

Мы сидим и смотрим вслед уходящему автобусу, я чуть не плачу. Сейчас я понимаю, что это была удача. Впоследствии оказалось, что в этой хате 12 лет назад произошло страшное убийство. Четверо старшеклассников в сильном алкогольном опьянении убили деда-фронтовика, нанесли ему множество ножевых ранений, и забрали тридцать гривен. Ага, тридцать. Произошло это в центре, еще живого они дотащили его на край села и бросили в колодец умирать. Убийство раскрыли на следующий день, когда утром почтальон принес ему пенсию.

Муж пытается успокоить меня: 

— Успокойся, ты просто устала. Поедем на переговоры в воскресенье. Ты что, плачешь?

— Нет! Да!

Женщина, сидящая на остановке, слышит наш разговор.

— Ви шукаєте хату? Тут продається у Днестра, йдемте, я вам покажу.

Полные скепсиса мы поднимаемся и бредем за ней. Номер дома 35, как номер нашей одесской квартиры. Увидев его вблизи, мы забыли про все советы соседа полковника: «Никогда не подавайте вида, что дом вам нравится, делайте вид, что сомневаетесь, торгуйтесь. Жену лучше вообще не слушать, женщины странные, и могут купить дом из-за красивой розы во дворе». Первое, что мне понравилось — ярко-оранжевая роза во дворе. Дом был светло-голубой с красивыми белыми окнами, вид с подворья превзошел все наши ожидания: квадратное зеленое поле с огромными тополями по краю, прозрачная вода Днестра и зеленые кучерявые горы Молдавии напротив. Щемящая красота. 

— Мы берем! — сказали мы одновременно.

Всю ночь мы не могли уснуть от перевозбуждения. На следующий день я поехала забрать детей из города, и так начались наши летние ежегодные каникулы на краю страны.

Наш дом расположен так, что мы не видим соседей, а они не видят нас — и это идеальный вариант. Участок настолько большой, что сразу возникает приятное чувство землевладения. Он идеален для того, чтобы мечтать. Вот тут будет беседка, тут веранда в средиземноморском стиле, здесь мастерская, домик для гостей. Правда, за 10 лет мы построили только туалет и летний душ, но не все же сразу, нужно оставить место для мечты.

Ночью по горе напротив ходит пассажирский поезд. Это зрелище сразу стало нашим ночным развлечением, нашим домашним кинотеатром: в тишине начинается стук, из кромешной тьмы выползает оранжевая змейка, отражаясь в Днестре и выпуская искры и серые клубы дыма в небо. Магическое зрелище! Дух захватывает каждый раз.

Ещё из достопримечательностей тут есть мятный остров. Из-за того, что в реке часто поднимается вода, тут особенный микроклимат, всегда сочная зелень, непуганые белки снуют по густорастущим ивам. Чтобы попасть на остров, нужно перейти в брод, если вода поднялась — переплыть. Остров утопает в зелени мяты и незабудках, как только попадаешь на него, кажется, что тут находится портал в другую реальность. Тут царит полумрак из-за густоты ив, через верхушки деревьев ярко бликует свет, похожий на свет фонарей. Пару небольших озер, создающиеся приливами, и зеленые лужайки. С острова открывается потрясающий вид, причем с любой его стороны. Иногда наш отдых нарушает стадо коров, которых приводит сюда пастух, или пограничники, но это бывает редко.

Само село очень живописно, много белых дворов со старыми хатами, каждая пятая заброшена. Гулять по запущенным дворам, заглядывая в полуразрушенные хаты - это особое развлечение. Залазить в чужие дворы не принято, если тебя увидят - неприятностей не оберешься. Но я не могу отказать себе в этом удовольствии, любопытство перевешивает условности и страх. Мало того, иногда я залажу в чужой дом через разбитое или сгнившее окно, а иногда лезу на чердак, самое интересное всегда находится там. Тут все покрыто паутиной и вековой пылью, но все равно —  чердак круче любого музея. Ты рассматриваешь предметы, старые фотографии и прислушиваешься к звукам снаружи, придумывая, что ты скажешь местным, если тебя тут застукают. Выброс адреналина — это очень полезно. Но муж скептически относится к таким развлечениям и никогда не присоединяется к моему полезному образу жизни.

Этим летом набрела на совершенно сказочное подвирье, заросшее лианами дикого винограда. По количеству построек понятно, что это была заможня семья. Дом с резной верандой, на веранде старый, годов 50-х, приемник. Не удержалась и зашла в дом. На печке лежит одеяло, на столе — чашка, отодвинут стул, на окне лежит мужская фуражка, на крючке висит китель, на стенах старые черно-белые фотографии в рамах. Создается иллюзия, что времени нет, что дед вышел из комнаты совсем недавно, сейчас вернется, включит приемник и допьет свой чай...

Ева Ёлкина

напишикомментарий