18

мая

Один день в Окленде

Однажды мы решили купить дом. Ну, потому что сын растет, строить мы не умеем, а посадить дерево уже пора бы. Вначале, конечно, мы хотели купить дом на соседней улице. Но чтобы купить дом на соседней улице, надо было покупать его лет тридцать назад. Или обзавестись прадедушкой-миллионером, который бы отбросил коньки и не нашел лучших претендентов на свои миллионы, чем мы. Прадедушки-миллионера у нас нет, не повезло. А тридцать лет назад мы с мужем катали машинки и играли в куклы. Не подумали, в общем. На дом в центре силиконовой долины пришлось забить.

Мы пошли по простому пути. Нашли себе риэлтора. Русскую женщину с громким голосом и уверенными интонациями в этом самом голосе. Все наши понаехавшие знакомые пользовались услугами понаехавших риэлторов. Это традиция. Риэлтора я не видела ни разу. Мы общались исключительно по телефону. Почему-то я представляла ее в больших бусах и яркой помаде. Уверена, что не ошиблась. Мы с вами купим жилье, подытожила риэлтор громогласно и уверенно. Ну-ну, подумала я и смирилась. Обещание купить жилье звучало как угроза. Риэлтор прислала мне первые пять домов. Стоили они примерно в два раза больше, чем мы могли себе позволить. Следующие два десятка домов стоили уже в три раза дороже. Рынок растет, обнадеживала меня риэлтор. Звучало это еще более угрожающе.

Мы стали искать самостоятельно. Вначале я нашла дом в лесу. В объявлении он кокетливо назывался хижиной. После просмотра тридцати пяти фотографий стало ясно, что продавец не кокетничает. Действительно, хижина. В лучших американских традициях с тремя спальнями и четырьмя туалетами. Отапливается дровами. Бонусом к хижине шел кусок леса. Муж решил, что он романтик, а не программист. А давай, сказал он. Щас, ответила я.

- Отапливал ли ты дом дровами когда-нибудь? - спросила я очень серьезно.
- Нет, - честно ответил муж. - Но мы зато будем жить в лесу.
- Тридцать лет, - уныло сказала я. - Нам придется жить в лесу и топить дом дровами.

По лицу мужа стало понятно, что он сомневается, но я решила добить.

- В тех лесах нет интернета.
- В дом ведь можно провести, - взвыл муж.
- Дрова, - повторила я. - Маленькие деревяшки, которыми мы будем согревать четыре туалета и три спальни.
- Лес, - повторил муж.
- Тридцать лет ипотеки. И если упадет дерево, то мы не выедем из дома по нашей частной дороге из грязи и щебня.

Он еще что-то говорил про оленей, которые будут приходить к нам на порог, но отсутствие интернета свело на нет любовь к флоре и фауне.

Дом не находился. Мы расширили зону поиска. Я серьезно изучила географию Северной Калифорнии. За пару дней я узнала о городах, которых нет ни на одной карте. Один был очень хорош. До него надо было ехать часа три по проселочным дорогам. Очень хороший город. Очень. Возле домов есть выход к воде и там можно держать свою яхту. Американская мечта, все как я люблю. Никогда не хотела яхту, а тут прям захотелось. Но оказалось, что муж не готов ездить на работу три часа пять дней в неделю. И три часа обратно тоже не готов. Я его понимаю, но простить такое сложно, конечно.

Следующий город был ближе. Мы приехали туда в мрачный дождливый день. Справа от дома, который мы смотрели, была промзона. Слева свалка. Сзади китайский магазин. Душевное место. Туда надо приходить умирать, если плохо себя вел всю жизнь. Кажется, я расплакалась. Муж вздрогнул. Агент, показывавшая дом, соврала, что она бы тоже тут жила. Мы восхитились безумной планировкой и гаражом, в который не влазит машина.

И тогда я подумала про Окленд. А Окленд это такой город, даже не знаю, как сказать. Если открыть википедию, то там вроде пишут, будто он был самым криминальным городом Америки. Там грабят, убивают, и, не исключено, что ебут гусей. Я была в Окленде. В зоопарке, как ни странно. Вспомнила, что гуси там были живы и в меру упитанны. Значит жить, наверное, можно. Мои местные знакомые делятся на несколько типов. Те, кто проезжал мимо Окленда и читал википедию. Те, кто читал википедию невнимательно и пару раз заезжал в Окленд пить кофе. Те, кто жили здесь полгода и уехав, пообещали себе никогда не возвращаться. И те, кто жили или живут тут долго и нормально. Последние Окленд очень хвалят. Говорят, рестораны хорошие.

Русская риэлтор в бусах как услышала, что я хочу в Окленд, сразу сказала, что если я умею уворачиваться от пуль, то да, город неплох. Но я не верю людям в бусах. Поэтому я начала искать дом в Окленде. И нашла вдруг квартиру мечты. Она была трехэтажная. Даже не так. Она была огромная, со стеклянными стенами и видом на город. Окленд очень хорош, если на него смотреть из окна, это я точно знаю. А еще она была настолько дешевая, что мы поехали ее смотреть. Хотя гугл говорил, что в этом районе небезопасно примерно двадцать четыре часа в сутки.

Район встретил нас гостеприимно. Пробок не было. Были горы мусора на обочинах, но, может, в этот день не вывозили мусор. Вдоль дороги стояли красивые обшарпанные деревянные домики. С такими нетипичными для наших краев двухметровыми заборами из колючей проволоки. И с решетками на окнах и дверях. Человек, в одном из дворов, лихо перебрасывал свои мешки с мусором в соседский двор, не задевая колючки на заборе. Не зря говорят, что черные хорошо играют в баскетбол, не зря.

Черные мужчины и женщины стояли вдоль дорог и смотрели тяжелыми взглядами непонятно куда. Нам хотелось верить, что не на нашу машину, но кроме нашей машины там ничего не было. В объявлении честно писали, что там непростая криминальная обстановка, но почти центр, общественный транспорт, вид на город, опять же. Но я бы написала иначе. Пара заколоченных магазинов. Горящая урна с мусором. Школа, с двухметровым забором. За забором кого-то пиздят. В метре от школы вчерашний, видимо, школьник продает наркотики. Черная женщина в леопардовых лосинах чешет жопу в ожидании автобуса. Трансвестит в розовой шубе ломает каблук. Удивительное заповедное место. Из машины мы так и не вышли. Дом видели, да. Он возвышается городом золотым под небом голубым. Стоит над обрывом, сверкающие стеклянные стены и трехэтажные квартиры. Трехметровый забор закрывает почти все. Возле ворот толкают наркотики, но никто ими не интересуется. Хотя непонятно, как там без них.

Юлия Соколова

напишикомментарий